ru en

Санкт-Петербург ---> Апатиты

от 8200 руб.
Северсталь

продажа: до 25.03.17

полет: 30.10.16 – 25.03.17

Красноярск ---> Горно Алтайск

от 9990 руб.
КрасАвиа

продажа: до 31.12.17

полет: 11.03.17 – 31.12.17

Москва ---> Хабаровск

от 25300 руб.
Якутия

продажа: до 31.12.17

полет: 01.06.17 – 31.12.17



Вечный Портос

Вечный Портос

Андрея Миронова в начале его блестящей карьеры называли «вторым Валентином Смирнитским», столь популярным и самобытным был этот исполнитель. Он и сейчас ведет очень активную жизнь: много снимается, играет в театре, имеет особое мнение по многим вопросам. Тем интереснее беседовать с этим актером.

Актерское крещение

Правда ли, что в свое время вы могли переехать работать в Петербург?

Валентин Смирнитский: Да, меня Игорь Владимиров активно в свой театр приглашал. Но я – коренной москвич, не хотелось из родного города уезжать.

Я знаю, что вы учились актерской профессии у такого мастера, как Владимир Этуш…

В. С.: Владимир Абрамович был в Щукинском училище одним из моих педагогов. Тогда еще – молодым и достаточно строгим. В конце 1990-х я с удовольствием встретился с Этушем на сцене – он играл Актера в спектакле Петера Штайна «Гамлет» с Евгением Мироновым в заглавной роли, а я был Полонием. Поскольку нам приходилось много разъезжать с этой постановкой, общались мы достаточно плотно: даже в те годы Владимир Абрамович пытался бороться с инфантильностью, которой, по его мнению, в моем характере было предостаточно. Скорее всего, он был прав. (Улыбается.)

Кто еще оказал влияние на ваше творчество?

В. С.: Я бы прежде всего Анатолия Эфроса назвал. После окончания училища я пришел в Театр Ленинского комсомола, где он был главным режиссером. Ни разу не пожалел, что именно там я получил боевое крещение. Более того, когда из-за крупного скандала Анатолий Васильевич вынужден был уйти из «Ленкома», я и еще десяток актеров пошли за своим режиссером. Под его началом я потом 25 лет проработал в Театре на Малой Бронной, и вспоминаю эти годы с большой нежностью и благодарностью. Режиссер давал нам возможность выступать как в классических произведениях, так и в современных пьесах. Уверен: всё, что я умею в театре, это от него – Анатолия Васильевича.

А были ли актеры, которым вам хотелось подражать?

В. С.: Подражать – не совсем точное слово, я просто внимательно следил за игрой выдающихся артистов. Мне повезло: я застал на сцене таких мастеров, как Борис Тенин, Борис Бабочкин, Игорь Ильинский, а в кино – Анатолий Папанов, Борис Чирков. Они не играли, а жили на сцене и в кадре. Я много ходил в театры как зритель – тогда гремели «Современник», МХАТ, Таганка, Малый театр, и, несмотря на запреты и пресловутые худсоветы, был настоящий сценический ренессанс.

Судьбоносная роль 

Но вы застали еще и ренессанс нашего кино. Например, участвовали в таком успешном проекте, как «Д’Артаньян и три мушкетера». Роль Портоса была вам заранее уготована?

В. С.: Не совсем. Как-то в январе я сломал ногу, а потому в основном находился дома и скучал. Перед травмой подписал договор на съемки в детективе латышского режиссера Алоиза Бренча, но неожиданно мне позвонил режиссер Георгий Юнгвальд-Хилькевич и пригласил приехать на пробы «Мушкетеров» в Одессу. Он не сказал, какую именно роль хочет предложить. На Одесской студии мне надели парик Портоса, отсняли пробы, и я с чувством выполненного долга отправился домой. Через какое-то время сообщили, что я утвержден. Тут передо мной встала дилемма: или детектив Бренча и съемки заграницей, для чего уже было подготовлено множество документов, или романтичные «Мушкетеры» по книге, любимой с детства. В результате Дюма все-таки перевесил, несмотря на скандал, который разразился после этого.

Сейчас очевидно, что вы тогда не ошиблись в выборе. Но не стали ли вы впоследствии «рабом» своего образа?

В. С.: Мне удалось избежать этого – отказывался от любых предложений, требовавших аналогичного типажа. Но все равно, хотя и сыграл более ста разных ролей в кино, ассоциируюсь прежде всего с Портосом. К сожалению, такова судьба многих актеров. Даже такая отечественная звезда, как Вячеслав Тихонов, в памяти зрителей остался в первую очередь Штирлицем. Что уж обо мне говорить?..

Как вы думаете, почему все продолжения «Мушкетеров» получились неудачными?

В. С.: Телевизионщики требовали продолжения, но даже у Дюма второй и третий романы намного слабее первого. Надо учесть, что Юнгвальд-Хилькевич привлек других сценаристов: с прежними почему-то не сложилось, и мы с Боярским, которого я даже прозвал «дюмаведом», сами дописывали некоторые сцены, чтобы стало интереснее. К работе над продолжением мы приступили в начале 1990-х, когда в кино свирепствовал кризис, поэтому настроение было уже не то, да и финансирование толком не поступало. Было понятно, что оба продолжения заранее обречены, хотя своего зрителя они все равно имели благодаря успеху первого фильма.

Другое кино

Как думаете, почему сейчас многие российские фильмы при больших бюджетах не могут похвастаться качеством и достойным сюжетом?

В. С.: Я сам не раз задавал себе этот вопрос и ответа не находил. То же самое ведь и с театрами. Раньше я практически ни одной премьеры не пропускал, а сейчас меня в зрительный зал не тянет. Друзьям, приезжающим из других городов, ничего посоветовать не могу, хотя вроде бы все запреты сняты и много новых постановок. Но не задевает! И в кино так. Сейчас о «Сталинграде» много говорят, но мне такая клиповая манера и активное использование компьютерной графики не близки, не смог смотреть этот фильм.

Неужели ни одной картины за последнее время не понравилось?

В. С.: «Легенда №17» неожиданно «выстрелила». И хвалю вовсе не потому, что сам там снимался, хотя настроение во время работы мне очень понравилось – деловое, конструктивное. Режиссер Николай Лебедев молодец. Он хоть из молодых, но атмосферу нашего советского кино удивительно точно уловил. Возможно, сказалось влияние студии Никиты Михалкова, который фильм курировал, – у него не забалуешь. (Улыбается.) Олег Меньшиков блеснул, хотя недавно жаловался, что с кино у него в последнее время отношения не складываются.

Между прочим, и «Оттепель» Валерия Тодоровского мне понравилась, хотя многие ругали сериал. А мне был интересен этот неспешный рассказ о том, как люди кино снимали. Там не называются настоящие фамилии, но люди театра и кино, конечно, сразу догадываются, о ком идет речь. У Валеры вообще много хороших работ: «Страна глухих», «Любовник», «Стиляги»… Мне нравится и петербургская школа: режиссеры Балабанов, Рогожкин, Снежкин.

В «Легенде №17» у вас небольшая роль. А есть ли образ, который вы хотели бы создать?

В. С.: Конкретных ролей не назову, но могу сказать: не доиграл я любимых Чехова и Гоголя. Вообще же не могу жаловаться на невостребованность, даже Гарик Харламов из Comedy Club в свой «Самый лучший фильм» пригласил. Мне было интересно поработать с молодежью – у них мозги совершенно иначе устроены, чем у нас. И, между прочим, в их работах много остроумного, только юмор у них несколько другой. Его понимать надо.

Тихомиров Е.
 
Закладки:
 

© «Линия полета», 2004 – 2017. При цитировании ссылка на портал и упоминание авторов обязательны. По вопросам использования обращайтесь в редакцию.